Главная

Китай

Северная

Корея

Южная

Корея

Россия

Япония

Другие

на сайт

mongolnow.com

23.10.2016

Интернет-журнал «Новое Восточное Обозрение»

На фоне обсуждения в СМИ РФ истории задержания северокорейских браконьеров (один раненый с российской стороны, один убитый и восемь раненых с другой), которая кажется некоторым небывалым конфликтом-обострением, хочется обратить внимание на то, как выглядит аналогичный «фронт» между Южной Кореей и Китаем на фоне ухудшения отношений из-за проблемы THAAD.

Громких инцидентов там хватало всегда, особенно после того, как в октябре 2014 г. во время задержания южнокорейскими пограничниками китайского рыболовного судна, погиб его капитан, и мы просто подсветим относительно недавние события.

Последняя по времени история на момент написания этого текста – инцидент в Жёлтом море 7 октября 2016 года, когда китайское рыболовное судно протаранило патрульный катер южнокорейской морской полиции. Будучи застигнутыми за незаконным ловом южнокорейским патрульным катером водоизмещением 4,5 тонны в 76 км к юго-западу от острова Сочхондо уезда Ончжин-гун города Инчхона, рыболовное судно водоизмещением 100 тонн пошло в атаку. Человеческих жертв нет, но катер в итоге затонул.

В связи с этим Администрация президента РК выразила сожаление, а 11 октября замминистра иностранных дел РК Ким Хён Чжин вызвал посла КНР в Сеуле Цю Гохуна, выразив ему протест и потребовав от китайской стороны более активных мер по недопущению подобных инцидентов в будущем. Лидер правящей партии Сэнури Ли Чжон Хён вообще сравнил случившееся с войной. 12 октября депутат посетил причал, где находится задержанное китайское судно, отметил необходимость применения жёстких мер из-за наличия угрозы жизням сотрудников морской полиции и предложил МИД РК обсудить инцидент и сопутствующие вопросы с китайской стороной на высоком уровне, учитывая, что в будущем данная проблема может привести к дипломатическому конфликту.  Как мы видим, градус напряженности существенно выше.

В этот же период в РК были задержаны за браконьерство еще два китайских рыболовецких судна. 12 октября на морской территории на юго-западе от острова Чечжудо морская полиция задержала за браконьерство китайское судно: рыбаки выловили в корейских водах около 10 тонн рыб, однако в документах сократили и указали только 100 килограммов. В другом случае рыбаки добыли 6 тонн рыбы, указав в документах лишь 600 килограммов.

На этом фоне китайская сторона сообщила о приостановке сотрудничества в данном направлении. Очередной совместный рейд в отношении китайских браконьеров, ведущих незаконный лов в южнокорейских водах, намеченный на 19 октября, отменён. Официальные представители пограничных ведомств РК и КНР проводят такие рейды с 2006 года, но, как и после убийства китайского капитана, в них может наступить пауза.

Впрочем, на историю со штурмом северокорейского судна более похож инцидент, случившийся 27 сентября 2016 г. в Желтом море в 70 км к юго-западу от города Синан провинции Южная Чолла. Китайский траулер вел незаконный лов рыбы в южнокорейской эксклюзивной экономической зоне, а при появлении корабля Службы береговой охраны Республики Корея судно попыталось убежать в нейтральные воды. На скоростном катере был высажен десант со спецназом, после чего китайцы заперлись во внутренних помещениях, а корейцы зачем-то начали швырять туда светошумовые гранаты. Таковые вызвали пожар, и трое из четырнадцати членов экипажа задохнулись. Расследование ведется, но, скорее всего, никого не накажут. После смерти офицера береговой охраны, которого убили китайские браконьеры при попытке задержания в 2011 г., власти Южной Кореи существенно расширили полномочия сотрудников ведомства, упростив им процедуру применения оружия, разрешив при угрозе жизни стрельбу на поражение.

У таких столкновений есть «северокорейский аспект». В Южной Корее считается (об этом заявляли представители разведки), что КНДР могла продать Китаю права на ведение промысла морепродуктов в районе межкорейской морской границы, тем более, что военные приготовления РК, совершаемые под предлогом борьбы с китайскими браконьерами, вызывают раздражение Пхеньяна. Так, 27 июня КНДР потребовала немедленно прекратить провокации в устье реки Ханган. Как отмечается в сообщении агентства ЦТАК, в соответствии с соглашением о перемирии 1953 г. этот район был объявлен нейтральной зоной, куда военные корабли не могут войти без специального разрешения. А 20 июня Пхеньян назвал действия южнокорейской стороны «недопустимой военной провокацией».

Дело, однако, касается спорного участка морской границы: т. н. северная разграничительная линия была проведена американским командованием в одностороннем порядке и не признается Пхеньяном, оставаясь постоянным источником напряженности и предметом споров. Из-за этого рыбаки двух Корей стараются не особенно там появляться, но браконьеров это не касается.

Так что КНДР дежурно обвинили в провокациях и не исключили возможность использования против браконьеров морской пехоты и боевых кораблей. В РК считают, что их действия не противоречат соглашению о перемирии, однако в тот же период премьер-министр РК Хван Гё Ан обсуждал проблему китайских браконьеров со своим визави Ли Кэцяном. 28 июня 2016 г. в ходе переговоров в Пекине глава южнокорейского правительства заявил протест в отношении деятельности китайских браконьеров и призвал китайское правительство принять строгие меры в отношении китайских рыбаков, массово ведущих незаконный лов рыбы в южнокорейских водах. Он указал, что китайские власти, согласно договорённостям от 2012 года, должны установить GPS на все рыболовные суда, чтобы иметь возможность заблаговременно предотвращать случаи нарушения ими границы. Ли Кэцян, в свою очередь, заявил, что Пекин серьёзно относится к проблеме истощения морских биоресурсов из-за неконтролируемого лова. По его словам, профильные ведомства примут необходимые меры, в том числе увеличат численность инспекторов. Одновременно он отметил наличие сложностей в осуществлении контроля над деятельностью огромного количества рыболовных судов в Жёлтом море.

Параллельно телерадиокомпания KBS «выяснила», по какой цене КНДР продаёт Китаю права на рыбный промысел. Правда, дело касалось не Желтого, а Японского моря, но судя по приведенным документам, такса составляет 18 тыс. долларов при том, что договор допускает вхождение в указанную зону площадью 35000 кв. км. до 300 китайских рыболовных судов. На фоне попыток отрезать Север от любых источников валюты — пустяк, но южане стараются. Кроме того, с браконьерами действительно надо бороться, и потому вряд ли проблема найдет разрешение.

Kонстантин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».