Главная

Китай

Северная

Корея

Южная

Корея

Россия

Япония

Другие

на сайт

mongolnow.com

22.06.2016

Интернет-журнал «Новое Восточное Обозрение»

Рассказанная автором история про не то побег, не то похищение девушек из северокорейского ресторана в КНР вызвала серию комментариев, часть которых содержали тезис «быть того не может, чтобы северокорейская женщина оказалась на Юге против своей воли, а потом бы еще запросилась обратно». К сожалению, похожая история как раз сейчас является поводом для широко распространенной петиции, где гражданку КНДР по имени Ким Рён Хи требуют вернуть домой из Южной Кореи. Как такое могло произойти?

46-летняя Ким работала портнихой и происходила из довольно обеспеченной по пхеньянским стандартам семьи, но четыре года назад отправилась в Китай для того, чтобы посетить родственников и пройти там лечение, — она страдала от некого заболевания почек. Лечение оказалось долгим и далеко не бесплатным. Просить о помощи родственников Ким не хотела, а зарплаты официантки (Ким устроилась в ресторан в Шэньяне) на дорогое лечение не хватало.

И тут в жизни Ким появились брокеры — люди, которые по официальным южнокорейским заявлениям, занимаются благородной переправкой граждан КНДР на «полуостров свободы». Брокер сказал, что китайские граждане часто ездят в Южную Корею и зарабатывают там много денег. Ким хотела вернуться домой здоровой и рассчитывала на то, что она съездит в Южную Корею на пару месяцев, заработает на лечение и вернется домой. Так легковерную женщину обманули с самого начала, — китайских корейцев, которые довольно часто прикидываются беженцами, на Юге стараются отлавливать, и тем более проблемы возникают у нелегальных мигрантов из КНР.

Ким присоединилась к группе беженцев, которые должны были перебраться на Юг. Тогда она еще не понимала, что, как только она подпишет документы, согласно которым она отказывается от северокорейского гражданства, дороги назад у нее нет.

Так или иначе, как только она стала что-то подозревать, брокер отобрал у нее северокорейский паспорт, а остальные «беженцы» сказали, что если она оторвется от группы и будет поймана, все попадут в китайскую госбезопасность и у них будут большие проблемы. Поэтому она была вынуждена не отрываться от коллектива и оказалась на Юге.

Ким не очень понимала, каков статус перебежчика, однако по приезде в РК выяснилось, что пути назад нет, а пропаганда уже подает ее как «выбравшую свободу». Только для того, чтобы покинуть центр реабилитации, Ким должна была подписать документы, согласно которым она отринула коммунизм и готова следовать южнокорейским законам, став гражданкой РК.

Участь политического беженца абсолютно не входила в планы госпожи Ким, у которой там осталась семья, и она начала требовать, чтобы ее вернули домой. Однако, по южнокорейским правилам, это было невозможно — перебежчикам нельзя покидать страну, как только они получили гражданство. Ким звонила в северокорейское консульство в Шэньяне, искала контрабандистов, которые могли бы переправить ее обратно, но, в конце концов, нашла самый необычный и, на самом деле, самый глупый вариант – объявила себя северокорейской шпионкой, рассчитывая, что после подобного ее депортируют на Север, и проблема будет закрыта. Увы, по южнокорейскому законодательству, разоблаченного шпиона ждет не депортация, а тюремный срок. В итоге в декабре 2014 г. ее приговорили к двум годам за шпионаж и подделку паспорта. После 9-месячной отсидки (за время которой Ким впала в тяжёлую депрессию и попыталась покончить с собой) приговор заменили условным.

Вскоре после освобождения на историю Ким обратили внимание журналисты и прогрессивные круги. Волну во многом раскрутили сочувствующие ей христианские пасторы, а также журналист CNN Уилл Рипли, который взял у Ким развернутое интервью. В нем Ким, в частности, сказала: «Мне нечего сказать, но я даже представить не могла, что я создам себе такие большие проблемы».

Корреспонденты Си-эн-эн добрались до Пхеньяна и смогли поговорить с ее мужем и дочерью, которые четыре года ее не видели. Это видео, как и ответ Ким, доступны в сети. Родственники отнюдь не стали клеймить ее как перебежчицу, а продемонстрировали обычные реакции разлученных и тоскующих людей. Не стали они и заявлять, что она пропала без вести в Китае, желая скрыть факт бегства. Собственно, можно отметить и то, что после новостей о побеге Ким ее отец и дочь отнюдь не были репрессированы.

Ким же скучает по отцу и дочери, живет в Тэгу, где работает оператором на мусороперерабатывающем заводе и периодически проходит медицинское обследование, продолжая добиваться, чтобы ее вернули домой. 7 марта 2016 г. Ким пыталась получить политическое убежище в посольстве Вьетнама. Через два часа полиция вывела ее обратно.

На одной из пресс-конференций Ким сказала: «Свобода, материальные блага и другие соблазны местной жизни – ничто не сравнится с моей семьей и домом, которые остались на Севере. Хочу вернуться к семье, если даже потом придется умереть голодной смертью. Больше всего я хочу, чтобы Северная Корея признала что я — не предательница и что я ни на мгновение не забывала о Родине».

Что автор думает по этому поводу? Хорошо, у нас есть не самая умная женщина, которая польстилась на лживые обещания брокера и оказалась на Юге против своей воли. Что мешало южнокорейским властям сразу вернуть ее домой, продемонстрировав таким образом, свое великодушие и готовность не использовать человеческую ошибку для пропаганды?

Это был бы красивый и нетривиальный ход: смотрите, некоторые иные страны стали бы превращать эту историю в рассказ о выбранной свободе и ломать об колено человеческую судьбу ради сиюминутной пропаганды. Но мы живем в демократической стране и уважаем свободный выбор человека, даже если он хочет «вернуться во мрак». Мы не согласны с этим выбором, но мы не можем ему препятствовать – в этом и состоит суть свободы. В конце концов, периодически Юг возвращает на Север рыбаков, которые вследствие бури или навигационной ошибки оказались в южнокорейских водах. Некоторые из этих рыбаков выбирают остаться, но довольно часто в ответ на подобные предложения люди говорят «нет», и их возвращают на Север. Последняя история такого рода случилась совсем недавно, 8 июня 2016 г.

Северокорейское рыболовное судно пересекло северную разграничительную линию в Восточном море, но когда стало понятно, что рыбаки просто сбились с курса и выразили желание вернуться на Север, в тот же день они были сопровождены на территорию КНДР.

Чем эта ситуация принципиально отличается?

Конечно, судьба Ким, которая добивается возвращения домой – скорее исключение из правила, хотя это далеко не единственный пример того, как человек, побывавший на Юге, по тем или иным причинам начинает проситься обратно на Север. Несмотря на гораздо лучший уровень жизни, материальным благополучием, как выясняется, измеряется далеко не все. Не всем удается со статусом человека «второго сорта». Грубо говоря, для среднего южнокорейца, признаться в том, что он женат на северянке – это крах его репутации в РК.

Так что пожелаем истории с Ким Рен Хи счастливого конца. Женщине с тяжелой судьбой – наконец воссоединиться со ждущей и любящей семьей, а южнокорейскому правительству – проявить мудрость и благоразумие.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».